ЖильеИнтеграцияГражданствоЯзык
EN    LV    RU
Тот факт, что существенный процент взрослого населения Латвии не обладает избирательными правами, свидетельствует о продолжающем иметь место дефиците демократии. - ОБСЕ/БДИПЧ
 О нас 
 Сферы работы 
 - Жилье
 - Интеграция
 - Гражданство
 - Язык
 - Мероприятия
 - Разное
 История 
 Библиотека 
 Архив 
 Контакты 
 Ссылки 

 

ЯЗЫК

Справка о деле «Райхман против Латвии»     

 

 

Информация по делу «Райхман против Латвии»

в Комитете ООН по правам человека (сообщение № 1621/2007, соображения № CCPR/C/100/D/1621/2007 приняты 28.10.2010, опубликованы 30.11.2010)

А) Пресс-релиз «Комитет ООН по правам человека: добавление латышских окончаний к нелатышским именам противоречит праву на частную жизнь»

Комитет ООН по правам человека вынес решение по делу № 1621/2007 «Райхман против Латвии» и постановил: изменение имени и фамилии заявителя в официальных документах является произвольным вмешательством в частную жизнь и нарушает статью 17 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Автор заявления — бывший сопредседатель Латвийского комитета по правам человека Леонид Райхман в 2004 году обратился в Центр государственного языка с запросом о разрешении использовать свое имя и фамилию в официальных документах без латышского окончания «с». Отказ был обжалован в суде, но безуспешно. После прохождения всех судебных инстанций в 2007 году было подано заявление в Комитет ООН по правам человека, который вынес решение в пользу заявителя 28 октября этого года. В Комитете ООН заявителя представлял юрист-правозащитник Алексей Димитров.

Решение Комитета ООН является окончательным и не подлежит обжалованию. Теперь Латвийская Республика обязана устранить нарушение в отношении Леонида Райхмана, а также принять необходимые меры, включая изменения в законодательстве, чтобы схожие нарушения не повторились в будущем. В течение 180 дней правительству необходимо отчитаться о выполнении решения.

Латвийский комитет по правам человека надеется, что в ближайшее время Сейм примет соответствующие поправки к Закону о государственном языке, чтобы обеспечить возможность указывать имена и фамилии нелатышского происхождения в официальных документах без искажений.
 

 

Б) Об обязательности решений (т. н. «соображений») Комитета ООН по правам человека

 

В договорах, которыми учреждён комитет и которыми ему даны полномочия рассматривать индивидуальные жалобы (т. н. «заявления») против стран-участниц, не прописан обязательный характер решений Комитета. Однако Комитет рассчитывает на то, что страны будут выполнять его решения, и запрашивает у стран информацию по выполнению решений. Если решения не выполняются, Комитет может критиковать страну за это в своих периодических замечаниях о положении в стране с правами человека.

 

Государства, которые стремятся поддерживать свой имидж, обычно стараются исполнять решения Комитета. Так, Латвия в прошлый раз, когда Комитет признал ее нарушившей права кандидата в депутаты Антонины Игнатане, изменила закон о выборах, устранив требование к кандидатам определенной категории владения латышским языком.

 

Основание такого отношения к соображениям Комитета как к обязательным – то, что в соображениях фиксируются нарушения Международного пакта о гражданских и политических правах. Его обязательность для стран-участниц, в том числе Латвии, бесспорна, а Комитет по правам человека учрежден тем же самым пактом, и именно ему поручена оценка выполнения Пакта. Таким образом, Комитет – наиболее авторитетный источник оценки того, нарушается пакт какими-либо действиями государства или нет.

 

В) Текст статьи 17 Международного пакта о гражданских и политических правах, которую (в части о личной жизни) Комитет признал нарушенной в деле Райхмана 13 голосами против 2:

 

«1. Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. 2. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств». [lnk]http://www.un.org/russian/documen/convents/pactpol.htm[/lnk]

 

Текст Замечания общего порядка № 16, на которое комитет ссылается (ниже), доступен на [lnk]http://www1.umn.edu/humanrts/russian/gencomm/Rhrcom16.html[/lnk]

 

Г) Перевод ключевых абзацев с аргументацией, заключением и требованиями Комитета (сноски опущены; оригинал на английском доступен на [lnk]http://www.lhrc.lv/arxiv/Raihman_views.pdf[/lnk]).

 

8.3. Комитет напоминает свое Замечание общего порядка о праве на неприкосновенность личной жизни, в котором он установил, что выражение «произвольное вмешательство» может также распространяться на допускаемое законом вмешательство. Комитет отмечает, что статья 19 Закона о языке государства-участника устанавливает широкий и общий принцип, согласно которому все имена должны соответствовать латышскому языку и писаться согласно латышским правилам. Исключений для имен другого этнического происхождения не предусмотрено. Комитет напоминает, что понятие произвола направлено на то, чтобы гарантировать, что даже допускаемое законом вмешательство должно соответствовать положениям, целям и задачам Пакта и, в любом случае, должно быть разумным в конкретных обстоятельствах. Комитет учел названную государством-участником цель данного вмешательства, называемого необходимой мерой для защиты латышского языка и его должного функционирования как целостной системы, включая гарантии целостности его грамматического строя. Комитет также учел сложности, с которыми латышский язык сталкивался при советской власти, и считает названную цель легитимной. Однако, Комитет находит, что вмешательство представляет для автора заявления большие неудобства, не являющиеся разумными с учётом того факта, что они несоразмерны преследуемой цели. При том, что вопросы законодательной политики и средств защиты и продвижения официальных языков лучше оставлять на усмотрение государств-участников, Комитет считает, что принудительное присоединение изменяющего произношение и склоняемого окончания к фамилии, десятилетиями использовавшейся в оригинальной форме, — это мера, характеризуемая как вмешательство и несоразмерная цели защиты официального языка государства. На основании предшествующих прецедентов, установивших, что защита статьи 17 распространяется на право лица выбирать и менять свое имя, Комитет считает, что эта защита a fortiori защищает лиц от навязывания государством-участником изменения имени. Поэтому Комитет считает, что односторонняя модификация государством-участником имени автора заявления в официальных документах неразумна и, таким образом, представляет собой произвольное вмешательство в неприкосновенность его личной жизни, в нарушение статьи 17 Пакта.

8.4. Усмотрев в одностороннем изменении государством-участником имени автора нарушение статьи 17, Комитет не считает необходимым оценивать, представляют ли собой те же факты нарушение статьи 26, статьи 27 или части 1 статьи 2 в сочетании со статьей 17.

9. Комитет по правам человека, действуя согласно части 4 статьи 5 Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах, считает, что рассмотренные им факты свидетельствуют о нарушении статьи 17 Международного пакта о гражданских и политических правах.

10. Согласно статье 2 Пакта, государство-участник обязано обеспечить г-на Райхмана соответствующим средством правовой защиты и принять необходимые меры к тому, чтобы схожие нарушения в будущем не происходили, в том числе путем изменения соответствующего законодательства.

11. Учитывая то обстоятельство, что, став участником Факультативного протокола, государство-участник признало компетенцию Комитета выносить решения по вопросу о том, имело ли место то или иное нарушение Пакта, и что в соответствии со статьей 2 Пакта государство-участник обязуется обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в Пакте, и обеспечивать эффективные и обеспеченные правовой санкцией средства правовой защиты в случае установления факта нарушения, Комитет хотел бы получить от государства-участника не позднее чем через 180 дней информацию о принятых мерах по практической реализации сформулированных Комитетом соображений. Государству-участнику также предлагается опубликовать соображения Комитета